Красный путь
Красный путь

Горячие скалы Таджикистана

Сергей Джуракульевич рассказывает о себе и о событиях, происходивших более двадцати лет назад:

– В 1986 году, после окончания­
военного училища, я был направлен в Среднеазиатский военный округ – там, во Внутренних войсках СССР, и началась моя карьера военного. Когда разваливали Союз, я проходил службу в Казахстане. Представьте: я – гражданин России, российский офицер прохожу службу на территории иностранного государства! В 1992 году хотел продолжить службу на родине, но в то время шло сокращение российской армии… Побывал в нескольких воинских частях, но договориться о переводе не удалось. А у меня трое малолетних детей и жена домохозяйка. Решил остаться служить в Казахстане.

Подумав, Каримов добавил:

– Российские военнослужащие, те, кто в 90­е проходил службу на территории Казахстана, благодарны президенту Назарбаеву за то, что не стал «загонять» силком в гражданство, не принуждал присягать на верность республике тех, кто уже присягал ранее. Я гражданство Казахстана не принимал.  В других странах СНГ дело обстояло иначе. В той же Украине формирование вооруженных сил далось большой кровью.

Судьбы людей ломались на изгибе эпох.

Там шла война

С развалом СССР прекратила существование единая Пограничная служба страны. Погранвойска вновь образованных независимых государств зачастую не могли обеспечить защиту своих территорий и проживающих на них граждан. Крайне сложная обстановка сложилась на таджикско-афганской границе, а внутриполитическая ситуация в самом Таджикистане осложнилась вспыхнувшей в 1992 году гражданской войной. Россия пришла на помощь бывшей союзной республике: охрана границы с Китаем и Афганистаном официально делегировалась Пограничным войскам РФ. Но не многим известно, что плечом к плечу с российскими военными несли службу военнослужащие из бывших республик СССР.

– В начале 1993­го близ таджикско-афганской границы началась концентрация вооруженных формирований афганских моджахедов, насчитывавших несколько тысяч человек и десятки единиц бронетехники, – продолжил Сергей Каримов. – А на погранзаставах в то время несли службу в среднем 10­12 пограничников. Некомплект личного состава – около 60 процентов! Сил для защиты границ было явно недостаточно. Кроме того, российские военнослужащие не только охраняли границу от внешнего вторжения, но и противостояли действовавшим внутри страны оппозиционным бандформированиям. С целью стабилизации обстановки в республике в том же 1993 году были созданы коллективные миротворческих силы, в которые, помимо России, вошли военные подразделения Казахстана, Узбекистана и Киргизии. Казахстан направлял стрелковый батальон численностью 600 человек со своим вооружением. Опасной поездке предшествовало несколько месяцев тщательного отбора: стрельбы практически из всех видов оружия, физическая подготовка. Стрельбище для личного состава роты стало вторым домом. Отбор и подготовка велись в условиях, максимально приближенных к боевым. Бойцов обстреливали. В буквальном смысле. Боевыми. В итоге испытания прошел лишь один боец из четырех.

После непродолжительной паузы полковник продолжил:

– В должности командира сводной роты Внутренних войск я провел год на таджикско-афганской границе. Рота несла службу на территории Горно-Бадахшанской автономной области. Мы выполняли несколько боевых задач: охраняли мост через реку Пяндж, осуществляя пропуск беженцев из зоны боевых действий, прикрывали аэропорт и находившиеся на нем авиагруппы. Но основной задачей роты, конечно же, была охрана границы на таджикско-афганском участке. Граница проходила по реке Пяндж, – Каримов достал из стопки несколько фотографий. – Вот участок, который мы охраняли. Горный Бадахшан – место «жаркое». Обстрелы постов велись практически ежедневно. Часто приходилось занимать круговую оборону: со стороны границы моджахеды наседают, а с территории республики – оппозиционные бандформирования. До рукопашной, правда, не доходило.

Граница.
Пост «Микрон»

– Мне пришлось совмещать командование ротой и взводом. Участок границы протяженностью 9 километров охраняли 30 бойцов третьего взвода. Пост «Мик­рон» располагался на возвышенности, на высоте около 150 метров (!) над руслом реки Пяндж. Окопы, блиндажи мы буквально вырубали в камне. Можно сказать, что жили и несли службу в каменных мешках. Климатические условия тяжелые: днем температура выше +500, а ночью чуть ли не минусовая, сильные ветра… Ко всему прочему, ночью граница не просматривалась – электрического освещения не было, а рельеф местности сложный: изломанная береговая линия реки, скалы, камни. Даже приборы ночного видения мы использовать не могли, поскольку батареи разрядились через месяц после приезда, а подзарядить их возможности не было. Приходилось использовать осветительные ракеты: выкопали глубокий окоп на краю обрыва, из которого боец в ночное время периодически «навешивал фонари» в сторону Афганистана.

Слушая Сергея, не перестаешь удивляться его способности спокойно, буднично рассказывать о событиях, которые видел лишь в фильмах о войне.

– Один случай запомнился. Старшина ракету запустил, а сам упал на дно окопа и за лицо держится. Подбегаю… А ракета погасла уже, темно. Еле сумел его руки разжать, хотел определить характер ранения. И, понимаете… Руки, иных слов подобрать не могу, буквально провалились в его лицо! Позвал на помощь бойца. Мы старшине обезболивающее вкололи, а потом стали лицо перебинтовывать. Один держит, другой бинтует. Не лицо – каша из кожи и костей. И кровь не останавливается. Все, что у нас было: вода для инъекций, препараты специальные, все внутривенно ему вводили. Под утро простую воду кипятили, охлаждали и вкапывали – закончилось все. Эвакуировать раненого смогли только с рассветом – обстановка той ночью была сложной, столкновения шли по всей границе. Я до сих пор удивляюсь, как солдат выжил после такой кровопотери. Как оказалось, пуля крупного калибра раздробила камень и каменной крошкой солдату посекло лицо…

Пауза длилась несколько минут. Что можно сказать в таких случаях? Что спросить?

Пяндж – река быстрая

– Невозможно контролировать ночью девятикилометровый участок границы, используя лишь осветительные ракеты, – продолжил мой собеседник. – Поэтому в ночное время выставляли «секреты» вблизи реки. На другом берегу Пянджа находились два кишлака, почти каждый житель – разведчик. Если обнаружат наши передвижения – либо переправы не будет, либо сами на засаду нарвемся… Поэтому выдвигались с наступлением темноты по одному. К месту «секрета» добирались, делая крюк по 8–10 километров. Бойцы, идущие впереди, периодически менялись, чтобы на растяжках не подорваться. Эффективное средство против растяжек – тростинки, обыкновенные камышины. Держишь ее перед собой, в нескольких сантиметрах от земли. Если тростинка сломалась – значит, впереди препятствие. Нагнулся, прощупал – ага, проволока. Так растяжки и обнаруживали. У нас тростинок этих целый запас был.

Во время разговора не покидало чувство, что Сергей Каримов не здесь, в другом времени:

– Переправлялись моджахеды обычно на плотах или лодках. Течение у Пянджа настолько быстрое, что преодолеть реку вплавь невозможно. Мы встречали их так: часть группы выдвигалась к обрезу воды, маскируясь за камнями, а пулеметный расчет находился чуть поодаль. Обнаружив нарушителей, их чаще всего уничтожали, задержанных же, с оружием, с наркотиками, увозили офицеры погранотряда. Вот так и охраняли границу.

Солдат империи

Сергей подытожил:

– Я всегда был и остаюсь русским офицером. Так случилось, что присягал на верность стране, которой уже не существует… Охранял ее рубежи, ставшие границами других, вновь образованных государств. Защищая и свою малую родину... Служил в одной из бывших республик Союза… Солдат распавшейся империи, можно сказать. В 2007 году, закончив службу, я вернулся в Россию.

Позже я нашел информацию, которой мой собеседник не посчитал нужным поделиться. Полковник Каримов награжден медалями «За участие в боевых действиях», «За службу в Таджикистане», знаком «Отличник погранвойск» всех трех степеней, а по итогам командировок в Рес­публику Таджикистан ему было досрочно присвоено звание «подполковник». В настоящее время Сергей Каримов является членом совета ветеранов Омского района.

…А жалобу областной суд не удовлетворил. Суд посчитал обоснованным, что при назначении пенсии Сергею Каримову не был учтен срок его службы на таджикско­афганской границе. Полковник говорит, что пойдет до конца – будет обращаться в Верховный суд РФ.

Максим СЕВРУК.

Категория статьи

Вы хотите получать правдивую информацию о жизни в нашей стране, регионе, городе?

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА ГАЗЕТУ «КРАСНЫЙ ПУТЬ» НАША ГАЗЕТА ОППОЗИЦИОННАЯ, ПЕРЕД ВЛАСТЯМИ НЕ ПРОГИБАЕТСЯ.

Вы найдете чтение по душе:

о деятельности известных политиков и мастеров искусств, об экономике и культуре, криминальную хронику, спортивные новости, информацию о том, как правильно рассчитать пенсию, оформить ребенка в детский сад, получить самую разнообразную, а главное — полезную консультацию.

ПОДПИСАТЬСЯ НА «КРАСНЫЙ ПУТЬ» ВЫ МОЖЕТЕ:

В ПОЧТОВЫХ ОТДЕЛЕНИЯХ. Подписной индекс: 53091;

В КИОСКАХ «РОСПЕЧАТИ». Обратитесь к киоскерше. Удобство заключается в том, что читатель в этом случае сможет забрать свежий номер «КП» в любое время в близрасположенном киоске, и такая подписка обойдется дешевле;

В РАЙКОМАХ КПРФ. За справками по этому виду подписки можно обратиться по телефонам: 25-13-82, 32-50-07, 32-50-08.

Приобрести свежий номер газеты вы можете и в коммерческих киосках.

Сведения о редакции

Погарский Адам Остапович

глaвный редактор

тел.: (3812) 32-50-07

Марач Вера Георгиевна

ответственный секретарь

тел.: (3812) 32-50-07

Посмотреть всех