Красный путь
Красный путь

«Это цензура в чистом виде»

– Контракты закончились у всех, но уволили только нас, – Виктор Сидоренко, редактор «Ihre Zeitung» Азовского района, теребит седые усы. – Я спросил Сумарокова: что я вам не сделал? Он отвернулся и пожал плечами. У меня не было ни финансовых, ни трудовых нарушений, тираж поднял в пять раз. Объяснений по поводу увольнения не дали, просто прислали уведомление. Я 48 лет в журналистике, из породы казаков, крепкий. Но нельзя людей увольнять, как собачонок!

Никому из уволенных ничего не объяснили. Ирина Мезенина, редактор «Тарского Прииртышья», узнала, что контракт расторгнут, перед сдачей номера в печать, и доделывала его на другой день, уже не работая в редакции. Потому это делала, что «газета не виновата, а люди бы не поняли, впервые за 100 лет не получив ее в срок».

Позже на пресс-конференции Сумароков назвал еще одну причину: «Кадровые решения были приняты, исходя из соответствия сотрудников новым компетенциям, их способности решать задачи, которые я сейчас ставлю» (БК55).

Каких именно компетенций им не хватало, журналисты не поняли. Самый молодой редактор, 33­летняя Евгения Острая руководила Большереченской «Нашей Иртышской правдой», в 2014 году получившей диплом Союза журналистов «Десять лучших газет России» за развитие содержательной модели. «Ihre Zeitung» была популярна даже в Германии, среди переселенцев из Омской области. «Тарское Прииртышье» вместе с редактором шесть раз становилась лауреатом межрегионального конкурса профмастерства «Сибирь – территория надежд». Оконешниковская «За урожай» побеждала уровнем пониже – в области. Все четыре – из числа самых стабильных по доходам, хотя правительственное финансирование составляло от 20 процентов в Большереченской до 40 в Оконешниковской. Муниципальная власть средств не выделяла, зарабатывали сами. Бюджетных денег хватало только на печать и зарплату в размере минималки. Получали сотрудники больше, благодаря стимулирующим добавкам.

– Распределяло их управление из того, что мы заработали, – объясняет Сидоренко. – За прошлый год наработали на 3 миллиона. Азово недалеко от города, как-то развивается. А нищий Усть-Ишим, к примеру, сидит на окладе. Мне часто урезали стимулирующие на 5­10 процентов. Не простили первого суда.

Тогда, в конце 2012 года, Главное управление информационной политики тоже внезапно расторгло контракт с Сидоренко. Виктор Иванович догадывается, «за что» – жестко правил, а то и вовсе отказывался публиковать предвыборную «липу» от нового кандидата на пост руководителя района Виктора Сабельфельда. Суд восстановил его на работе – по закону «Об основных гарантиях избирательных прав», журналиста, освещавшего выборы, нельзя увольнять в течение года по инициативе работодателя. Сейчас он подал иск в надежде, что выборы депутатов, состоявшиеся 18 сентября 2016 года, тоже будут учтены. Но главное в другом.

18 2– До 2010 года наши трудовые договоры были бессрочными, – говорит Леонид Евсеев, руководитель совета редакторов районных газет Омской области. – Но потом редакторов всех 32­х районок стали переводить на срочные контракты, не расторгнув прежние. Сначала заключали на 5 лет, потом на три, теперь на год. Нам объясняли, что это типовой договор, действующий во всех бюджетных учреждениях. Почему же тогда срочные контракты не заключаются со всеми их руководителями, не говоря про министров? Ведь мы в одном правовом поле? Конечно, легче уволить человека, когда у него договор на год. Ясно, что это просто орудие управления. А дальше что – крепостное право? В документе, присланном из управления в сентябре 2016­го, появился термин «лояльность». На совещании нам объявили, что существует список нелояльных, которые попадают в зону риска. Что такое лояльность? Шкала какая-то должна быть? Или просто нужно знать, сколько приседаний сделать перед начальством? Это цензура в чистом виде.

В озвученном «списке нелояльных» изначально были шестеро. За двоих заступились главы районов, к тому же они, как говорят коллеги, «съездили на поклон». Четверо не поехали. Виктор Сидоренко к тому же давно известен управлению своей непокорностью – все­таки избранный в 2012­м глава Азовского района не раз на него жаловался.

– Да не катил я на Сабельфельда бочку! – сердится Сидоренко. – Есть решение райсовета – опубликую «без купюр», по нему и так все про главу района понятно. Управлению надо, чтоб все тихо было, еще прошлый начальник советовал подружиться. А как я могу подружиться с человеком, которого не считаю честным? Что мне люди скажут? Для меня честь и достоинство – не пустые слова.

В конце прошлого года глава Азово Виктор Сабельфельд осужден за превышение должностных полномочий. Теперь районом правит другой – уже назначенный. Но осадочек у власти, видимо, остался. Так же как остался он от прежнего – легендарного – редактора «Тарского Прииртышья» Сергея Мальгавко, за 10 лет работы сделавшего районку самоокупаемой, чего практически нет в России. В 2010­м он уволился, а в открытом письме сообщил, что против «дубовой» пропаганды деятельности облправительства и губернатора, которая стала навязываться в приказном порядке: «Дело дошло до цензуры, когда главное управление требует предоставления по электронной почте сверстанных полос на вычитку и правку». Занявшая место после него дама продержалась недолго – коллектив, привыкший к «демократии», устроил ей бойкот, практически заставив правительство поставить «своего» человека – Ирину Мезенину, 20 лет работавшую в редакции. Ирина старалась ни с кем не ссориться. Но не получалось – газета продолжала традиции: писала об исчезнувших деревнях, об отсутствии дорог, о проблемах с транспортом. Больше того, редактор позволяла себе на первую полосу ставить не властные лица, а …песьи. За заголовок «Собакам нашли место» была вызвана в администрацию на ковер и «допрошена с пристрастием»: кого имела в виду? Евгению Острую, редактора Большереченской «Нашей Иртышской правды» терзали примерно по тому же поводу, только в ее случае это были цыплята… Свою фамилию молодой редактор оправдывала. Глава Большеречья тоже на нее жаловался, хотя открытой конфронтации, по словам Евгении, не было:

– Мы не главу района критиковали, а пытались достучаться до областной власти. Нам тут видны проблемы, которых нет в отчетах. Знаете, за что газета получала награды, в том числе и от ГУИП? За спасение деревенской школы от закрытия, за тепло, которое наконец дали детсаду, за внимание к одиночеству инвалидов! Награждали, но при этом каждый новый начальник управления предупреждал, что эта реалистичная картина мира может плохо для меня кончиться! Но это – районка, здесь не спрячешься. Каждый может встретить на улице: «Почему ты врешь?» Я сразу для себя решила, что буду писать честно, не игнорируя жалоб и просьб людей.

Евгения приехала работать в Большеречье из города, когда «власть переменилась»: в 2012­м, после 20­летнего правления Леонида Полежаева пришел новый губернатор Виктор Назаров. Казалось, дышать будет легче: «никто уже не требовал, чтоб запоминали, на какую сторону пробор у губернатора». Читатели стали писать-звонить в газету, тираж поднялся, 4500 номеров разлетались влет. Точнее, доставлялись: журналисты работали и распространителями. В редакции было всего 6 человек, и никто не занимал одну должность, как во всех районках.

Сайт газеты появился в интернете, и о проблемах Большеречья – родины нынешнего губернатора Назарова – стало известно слишком многим… Евгения ошиблась – власть не переменилась. Просто у губернатора теперь кепка вместо пробора. Самое удивительное, что в разряд «нелояльных» попали и «беззубые» районки: Калачинская, Кормиловская, Оконешниковская. Объединяет их, впрочем, еще одно – это округ, по которому в третий раз баллотировался в депутаты Заксобрания бизнесмен Хабулда Шушубаев. Сразу после победы он пошел под суд, который обвиняет его в растрате, мошенничестве, незаконном получении кредита, все в крупных размерах. Районки настолько привыкли славить, что не смогли написать ничего разоблачительного. А надо было. За эту провинность троих редакторов попугали, но за двоих заступились главы районов. Редактора «За урожай» из Оконешниково Светлану Шалашову с должности сняли, позволив остаться ответственным секретарем. Она подала в суд последней, но восстановиться в должности не слишком хочет. У нее есть работа.

У троих самых «нелояльных» работы нет. Пенсионер Сидоренко надеется победить с больной женой на руках, без адвоката. Острая, мать двоих детей и плательщица ипотеки, ищет работу в другом регионе. Мезенина ждет пособие по безработице, волнуясь, дадут ли сумму в полном объеме или будут какие-то вычеты. Вакансий в районе нет.

Сейчас редактирует «Тарское Прииртышье»… руководитель местного исполкома «Единой России», до сих пор не отличившаяся умением держать в руке перо.

– Плохо с журналистскими кадрами в районе, – вздыхает Ирина Мезенина. – Кто поедет за 300 километров без жилья? Я сама искала замену уехавшему корреспонденту полтора года.

В поддержку редакторов выступил секретарь СЖР Владимир Касютин. Начальник ГУИП Сумароков, фамилия которого в принципе неважна – руководители меняются уже пятый год подряд, – по прежнему настаивает на том, что вопрос только в контракте и «компетенциях»:

– Профессионализм – важная составляющая работы редактора, но только одна из них. У районных газет как бы три учредителя – коллектив редакции, администрация района, ГУИП. И здесь важно учитывать все пожелания…

Председатель Омского отделения Союза журналистов Татьяна Бессонова на процессы коллег не ходит. От имени журналистского сообщества выступает Леонид Евсеев, сам редактор районки:

– Все делают вид, что вопрос только в контракте, – возмущается он. – А ведь это далеко не так. Что такое заключить договор с редактором на 1 год? Он стопроцентно будет думать не о качестве газеты, а о том, как удержаться на месте. Это продуманная политика. У нас хорошие законы, но не надо их подстраивать под цели чиновников. Есть живая журналистика, люди, которых невозможно втиснуть в их прокрустово ложе.

Оказывается, можно. Коллектив «Нашей Иртышской правды», публично объявивший, что последует за своим редактором, «поскольку не считает возможным … разделять иные идеалы», после встречи в областном правительстве дружно вышел на работу.

Для сельского журналиста, потерявшего место, выход один – переезд, и даже не в Омск. Острая зарегистрировала свое издание, но две газеты бедный район не потянет… Виктору Сидоренко за день до суда угрожали убийством, с этим разбирается полиция. Ольга Данилочкина, новый редактор «Ihre Zeitung», прежде бывшая здесь же корреспондентом, теперь горячо поддерживает руководство ГУИП.

– Хочу работать. Все остальное – мышиная возня, – говорит журналистка, которая в начале века работала в одной из первых независимых омских газет. Похоже, они были и последними.

Наталья ЯКОВЛЕВА.

Категория статьи

Вы хотите получать правдивую информацию о жизни в нашей стране, регионе, городе?

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА ГАЗЕТУ «КРАСНЫЙ ПУТЬ» НАША ГАЗЕТА ОППОЗИЦИОННАЯ, ПЕРЕД ВЛАСТЯМИ НЕ ПРОГИБАЕТСЯ.

Вы найдете чтение по душе:

о деятельности известных политиков и мастеров искусств, об экономике и культуре, криминальную хронику, спортивные новости, информацию о том, как правильно рассчитать пенсию, оформить ребенка в детский сад, получить самую разнообразную, а главное — полезную консультацию.

ПОДПИСАТЬСЯ НА «КРАСНЫЙ ПУТЬ» ВЫ МОЖЕТЕ:

В ПОЧТОВЫХ ОТДЕЛЕНИЯХ. Подписной индекс: 53091;

В КИОСКАХ «РОСПЕЧАТИ». Обратитесь к киоскерше. Удобство заключается в том, что читатель в этом случае сможет забрать свежий номер «КП» в любое время в близрасположенном киоске, и такая подписка обойдется дешевле;

В РАЙКОМАХ КПРФ. За справками по этому виду подписки можно обратиться по телефонам: 25-13-82, 32-50-07, 32-50-08.

Приобрести свежий номер газеты вы можете и в коммерческих киосках.

Сведения о редакции

Погарский Адам Остапович

глaвный редактор

тел.: (3812) 32-50-07

Марач Вера Георгиевна

ответственный секретарь

тел.: (3812) 32-50-07

Посмотреть всех